Басмачество Было Вопреки Национальным Интересам

В средствах массовой информации, газетах, еженедельниках и на интернет-сайтах иногда публикуются различные мнения по поводу движения басмачества и личности курбаши. Существует мнение, что война басмачей против советской власти расценивается как «борьба жителей Бухары против революционеров», а предводителей басмачей хотят видеть «национальными героями». Это, конечно, односторонний, субъективный взгляд на исторические события и личности басмачей.

Правда, на мой взгляд, заключается в том, что после бегства эмира Алим-хана в Афганистан басмачество возникло как антисоветское движение. По этой причине оно приняло антибольшевистский характер. Басмачи, чьей основной целью являлось восстановление Бухарского эмирата и возвращение эмира, уничтожали каждого здравомыслящего, поддерживающего новую власть человека.   

В этих схватках гибло много трудового народа, в чём и заключалась трагедия. И это в то время, когда трудящиеся не имели никакого отношения к басмачам и в душе питали к ним ненависть, так как басмачи грабили их имущество и обезглавливали всех, кто не принимал их сторону.

Кем же были басмачи? Прежде всего это были бывшие государственные чиновники бухарского эмирата, которые во что бы то ни стало хотели вернуть свои должности и власть. А сам эмир в своих разрозненных воспоминаниях так пишет о двух главарях басмачей – Ибрагим-беке и Давлатманд-беке, которые как преданные слуги бились во имя восстановления и упрочения Бухарского эмирата: «Мулло Мухаммад Ибрагим-бек из Гиссарского вилоята, который принадлежал к обществу узбеков Восточной Бухары, а также Давлатманд-бек сослужили достойную службу и проявили самоотверженность, чем заслужили мою благосклонность. Я призвал этих доблестных воинов ислама к себе и сообщил им, что перебираюсь в Кабул для получения помощи. До тех пор пока подоспеет помощь, и я вернусь, они со своими солдатами должны всячески препятствовать врагу».

Отец Ибрагим-бека также был одним из государственных чиновников Бухарского эмирата, звали его Чакабой. Ибрагим-бек под попечительством отца всю свою молодость занимался кражей и грабежами. Именно эмир Алим-хан соизволил присвоить вначале Ибрагим-беку звание караулбеги, а затем назначил его главой пушечной армии и полководцем. Когда эмир ретировался, Ибрагим-бек организовал в Восточной Бухаре на юге нынешнего Таджикистана басмаческое движение. Он поддерживал связь с беглым эмиром посредством писем и своих людей, грабил народ, высылал эмиру большие суммы и от его имени получал оружие и боеприпасы.


Поскольку Ибрагим-бек был главой всех курбаши и других басмачей, как ставленник беглого эмира встретил турецкого генерала Энвер-пашу и его сподвижников. Для восстановления эмирской власти Энвер-паша в 1921 году вначале прибыл в Бухару, а затем его нечестивые ноги достигли Восточной Бухары. Эмир Алим-хан так писал: «Узнав об этом, я отправил Ибрагим-беку письменный приказ оказать Энвер-паше почести и узнать о том, собирается ли он служить исламской нации, и если будет утвердительный ответ, сообщить о нашей всемерной поддержке».

Энвер-паша подтвердил свою приверженность «исламской нации» и вместе с Ибрагим-беком начал войну против красноармейцев и таджикского народа. Однако истинной целью Энвер-паши была не защита ислама и освобождение мусульман от большевистского ига, главной своей задачей он считал при помощи реакционных сил западных стран создать в составе Средней Азии, Афганистана, Ирана, Закавказья, Крыма и Турции империю «Великая султанская Турция». Ибрагим-бек, найдя покровителя в лице этого международного авантюриста, напал на Гиссарский вилоят. Заполучив трофейную казну и военное снаряжение, он основал в Гиссаре свой центр и совершал набеги на Денау, Байсун, Гузар, Шерабад, Карши, грабил, воровал и убивал. О своих «победах» он регулярно информировал эмира.

Энвер-паша не достиг своей цели и 4 августа 1922 года при помощи жителей был убит красноармейцами в селении Обдара Хатлонского вилоята. Ибрагим-бек же при поддержке эмира продолжал массовые убийства и грабежи. Но не выдержал последовательных ударов солдат и краснопалочников. В июне 1926 года бежал в Афганистан. Там при помощи Алим-хана и других закордонных покровителей он собрал новые силы и в 1931 году вновь устроил набеги на Таджикистан. Но и на этот раз он потерпел сильное поражение. Отряд из числа народных добровольцев – защитников Родины во главе с Мукимом Султаном (1894-1975) наголову разбил шайку Ибрагим-бека, а сам он 23 июня 1931 года был ранен и взят в плен в селении Ходжабулубулон.

В исторической и художественной литературе личности басмачей отображены в различных тонах. В воспоминаниях Амира «Таърихи хузн – ал-милали Бухоро» («История горести жителей Бухары»), (Париж, 1927), которые были опубликованы стараниями приспешника эмира — генерала Ходжи Юсуфа Муким-бия, главари басмачей Ибрагим-бек, Давлатманд-бек, Аблдулкаххор, Энвер-паша чрезмерно восхваляются и возвеличиваются.

Другим ценным историческим источником по Бухарской революции и басмачестве считается труд Мухаммада Али ибн Мухаммада Саида Балджувони «Таърихи нофеи» («Полезная история») (1923-1927). Автор является свидетелем бесчинств в Бухаре, бегства эмира и расширения басмаческого движения. Он пишет: «Когда эмир Алим-хан был побеждён и бежал в Гиссар, некоторые из солдат, ретировавшись с поля боя в тот же день, приступили к грабежу и примкнули к басмачам. Также некоторые люди, бежавшие вместе с эмиром, вернулись обратно и стали провозглашать басмачество».

Среди приспешников эмира, перебравшихся вместе с ним в Афганистан через Пяндж, месяца через 3-4 вернувшихся на Родину, были правитель Гиссара, Авлиёкулбек Девонбеги, Дониёл Инок, Мулло Абдулхакими Савлат — кази Шерабада, Абдулло Бойбача из Гиждувана, Мурод пахлавон Пайканди и другие. Все упомянутые лица стали ворами и басмачами, грабили народ. Мухаммад Али пишет: «Различными насильственными путями под угрозой оружия они подвергли страны тирании во имя корыстных целей».

Автор «Полезной истории» отмечает две особенности деятельности Энвер-паши: 1) сплочение вокруг себя басмачей и 2) снабжение их оружием.

Автор пишет: «Следует знать, что в период, когда Энвер-паша связал свою жизнь с басмачеством, это движение в Туркестанском вилояте стало разрастаться. Это представляло большую опасность для советской власти, так как в Кашгарском вилояте и Афганистане также крепло басмачество, а Энвер-паша переправлял из зарубежных государств оружие и боеприпасы. После гибели Энвер-паши всё басмачество потерпело крах и было уничтожено».

Мухаммад Алим-хан свои заметки заканчивает следующими словами: «Боже, храни наш край, Туркестан, от басмаческой напасти  и кровопролития!»

Государственные и общественные деятели — очевидцы бесчинств, злодеяний и жестокого обращения басмачей с безвинным населением о них писали со злобой и презрением и подчёркивали их солидарность с беглым эмиром. Абдулкодир Мухиддинов, первый председатель Революционного комитета Таджикистана, в своём предисловии к монографии Абдурауфа Фитрата «Период правления эмира Алим-хана» (1930) написал следующее: «Энвер, Ибрагим-бек, Фузайл и другие главари басмачей действовали от имени эмира, грабили народ и из награбленного и краденого всегда выделяли долю эмира и доставляли ему. И в Кабуле эмир продолжал жить в роскоши и пиршествовать за счёт того, что грабили его ставленники у своего народа. Когда жители Таджикистана своими глазами увидели тот огромный урон, который наносят басмачи, убедились в их предательстве и преступлениях, они при помощи красноармейцев очистили земли Таджикистана от этой напасти и подорвали рыночную и политическую деятельность эмира. В таджикской художественной литературе, начиная с 20-х годов прошлого века по сегодняшний день, тема басмачества с губительными последствиями этого движения нашла широкое и глубокое освещение. Садриддин Айни в своем произведении «История мангитских эмиров Бухары» (1922), указывая на воссоединение басмачей Ферганы и Восточной Бухары, так описывает их бесчинства и грабежи: «Солдаты эмира, якобы ратующие за ислам, и басмачи Ферганской долины, пришедшие на помощь эмиру, стали грабить население Гиссара, что вызвало ненависть к ним у местных жителей. Поэтому большинство жителей бежали в горы из опустошенных городов и кишлаков».

Устод Айни считал, что басмачи впервые появились в Фергане из числа грабителей и воров, которые совершали свои грабежи в то время, когда правоверные занимались богослужением. В своих статьях «Кто такие басмачи Ферганы» (август 1921 года), «Как нужно бороться с басмачами Ферганы» (1922) и «Воровство и грабежи в Самарканде», опубликованных в журнале «Шуълаи инкилоб», раскрывал антинародную суть басмаческого движения и показывал народу их нечестивые лица.

«Басмачи не являются защитниками религии, не ратуют за свободу, они не меньшевики, а прежде всего ненасытные воры, грабители и кровопийцы, — писал устод С. Айни. — Вот почему они со времён Эргаша и Мухаммада Амин-бека до сегодняшнего дня соперничают, грызутся между собой и устраивают бойни. Они даже внешне не выполняют ни одно из предписаний шариата, занимаются растлением подростков и насилуют женщин и девушек, унижают и попирают права бедных, наживаются на их скарбе. Таким образом, получается, что они обыкновенные воры и грабители». Садриддин Айни подвергает резкой критике реакционное общество «Шурои ислом» («Совет ислама»), учрежденное в Самарканде усилиями реакционного духовенства, так как оно, захватив бразды правления в городе, административное управление передало в руки воров. Когда эти воры официально встали у кормила власти, всяческим образом прилагали усилия для насилия и грабежей населения. С этой целью заходили в дома, по ночам нападали на городской базар, опустошали лавки. Эти воры стали басмачами в Восточной Бухаре.

В своем историческом романе «Дохунда» С. Айни делит басмачей на слои и описывает их неблаговидные дела и мерзкие лица: «Главари всех басмачей — Ибрагим-бек, Фузайл Махсум, Давлатманд-бек, курбаши — предводители басмаческих шаек, такие, как Карохон-бий, Тугай-сари, Абдурахмон мингбаши, Кур Шермат, Эшон Султон, Нусратшох, Абдурахмон Парвоначи и другие, а также многочисленные рядовые басмачи старались бороться до последнего, но безуспешно. К ним примкнули некоторые ответственные работники Бухарской Народной Республики, а также иноземцы, которые не имели к таджикам никакого отношения, прибыли из Турции. Это Энвер-паша и его соотечественники Каро Казим-паша, Салим-паша, Юсуф Зиё, Сурайё Афанди и другие».

Устод Айни убедительно показывает не только жестокость и бесчинство басмачей, но также отмечает вклад трудового люда в поражение басмачей, не обходя и факты насильственного присоединения к ним бедных жителей.

На основе неопровержимых аргументов устод пишет: «С одной стороны, бедные жители группами приходили и записывались в отряды добровольцев. С другой стороны, некоторые басмачи из числа тех, кто, поддавшись уговорам курбаши и мулл, или по принуждению примкнули к ним, приходили и добровольно сдавали своё оружие. Позиция С. Айни по отношению к басмачам отражена в историческом романе «Рабы» (1934) и других произведениях.

Тюркские корни басмачества он подтверждает и тем, что главный их предводитель Сайид Олим был последним эмиром из династии мангитов, и военные чины у них также были тюркскими, например, Ибрагим-бек, Абдурахмон-парвоначи — полководцы, борцы за веру, Энвер-паша — высокопоставленный тюркский генерал, Соми-паша — главнокомандующий, другие басмачи, курбаши, элликбаши, юзбаши, мингбаши, одним словом, все названия тюркско-узбекские.

В поэмах поэтов Лутфи «Салим-партизан» (1938), Джавхари «Зафар» («Победа») (1942), драме Сотима Улугзода «Калтакдорони сурх» («Краснопалочники») (1940), романах Рахима Джалила «Одамони ҷовид» («Вечные люди») (1949) и «Шуроб» (1956-1967) правдиво описаны убийства, бесчинства, грабежи и другие антинародные и антигосударственные деяния курбаши Холбутты, Саидмурода, Ибрагим-бека, Саидахмада, Ислом-бека, Машраба и других, совершённые на севере нынешнего Таджикистана. Эти писатели, так же, как устод Айни, жили в то время, когда басмаческое движение мешало строить новую жизнь. К этой теме также обратились Джалол Икрами в романе «Свергнутый трон», Фатех Ниязи в романе «Не говори, что лес пустой», Мехмон Бахти в пьесе «Лахзаи ҷовид» («Минута вечности») (1966). Некоторые герои произведений Абдулхамида Самада, Кароматулло Мирзо, Шохмузаффара Ёдгори, в которых действия происходят уже после разгрома басмачества, придя к власти, приобретают черты новоявленных басмачей.

Невозможно в одной статье охватить произведения всех писателей, которые отразили историю возникновения движения басмачества и все трагические последствия. Вместе с тем хочется подчеркнуть, что в произведениях таджикских писателей веско и аргументированно отражён целый пласт жизни. Историческая реальность, касающаяся движения басмачества, также занимает особое место в исследованиях ученых-историков М. Иркаева, Т. Каримова,  Р. Абдулхаева и других.

Неопровержимые факты против басмачества приводят также русские, узбекские, туркменские, английские учёные.

Несомненно, писатели могут почерпнуть много полезного из трудов историков для своих художественных исследований на эту тему. Это очень важно для того, чтобы осветить истину.

Саттор Турсун в романе «Три дня одной весны», проанализировав период, когда разворачивалось движение басмачества, задается вопросом, все ли басмачи были одинаковыми. Нет, конечно, ещё Хаким Карим в своих рассказах, написанных в 30-х годах ХХ века, утверждал, что некоторые простые люди в силу своей неграмотности, неосведомленности или обманным путём вовлекались в басмаческое движение. Так, в рассказе «Тухфа» («Подарок») писатель описывает случай, когда несколько дехкан, пожалев о своем присоединении к басмачам, пленили Остонакула-курбаши и его подручных и сдали властям.

Можно предположить, что и в дальнейшем на тему басмачества и борьбы народа против него будут созданы новые содержательные произведения. Точно так же, как в русской литературе и кинематографе создаются всё новые произведения о личностях Колчака, Врангеля, Деникина…

Таджикские писатели ещё не в полной мере отобразили истинные лица Ибрагим-бека, Фузайла Махсума, Сайида Ахмада и им подобных. Эти басмачи не были настолько глупыми и неразборчивыми, какими они могут казаться на первый взгляд, это были отважные, волевые, бдительные и в той же мере хитрые, коварные и жестокие люди. Любую ошибку или беспочвенные планы большевиков они использовали против них же. Но поскольку они не знали военную науку, не были знакомы с военной тактикой и стратегией, терпели поражения. А за злодеяние народ их не поддерживал. Само время доказало, что ни в жизни, ни в художественных произведениях они не могут быть положительными героями. К этому стремиться вовсе не нужно, поскольку кроме вреда это ничего не принесёт.

Поэтому учитель Джамолиддин Собир своевременно бьёт тревогу: во имя чего из басмачей пытаются сделать героев? Неужто те, кто поднимают басмачей на пьедестал героизма, хотят сделать «национальными героями» и их последователей – моджахедов 90-х годов ХХ века? «Ведь, — как пишет учитель в газете «Джумхурият» от 30 апреля 2011 г., — настоящие «творцы» этих событий давали братоубийственной войне 90-х годов характер «борьбы за веру, за свободу» и для оправдания своих политических игр утверждали патриотическую и национальную суть басмаческого движения».

В третьей книге Кароматуллохи Мирзо «В поисках отца» искусно описаны политические лица зарубежных покровителей моджахедов, их связь с местными политиканами и демагогами в кровопролитные 90-е годы в Таджикистане.

Неблаговидные деяния в 90-х годах ХХ века, приведшие к бессмысленной войне между таджиками, начались с протестных митингов группы лиц, недовольных политикой властей, затем стали зарождаться политические партии, так называемые «народные движения». Свою деятельность развернули Демократическая партия Таджикистана и движение «Растохез». Позже из разглагольствований  некоторых политиканов стало очевидно, что партия исламского возрождения была учреждена 16 лет тому назад и проводила свою деятельность в мечетях. Все они противопоставляли себя Компартии и законной власти. Когда в Таджикистане была объявлена свобода слова и совести, как атрибут демократии, и было дано разрешение на деятельность политических партий, стала издаваться газета «Адолат» (издание ПИВ). Со временем сформировались оппозиционные политические силы, большей частью ими руководили извне. Помню, что московское телевидение организовало программу под названием «Позиция» и его представитель прибыл в Душанбе, снял на камеру выступление Ходжи Акбара Тураджонзода – кази Таджикистана. Вскоре после этого была показана передача, в которой московский журналист и кази рассуждали о роли ислама в развитии общественного и политического мнения.

Под дружным давлением руководителей и представителей ПИВ, Демократической партии Таджикистана и так называемого движения «Растохез» первый президент Таджикистана Каххор Махкамов был вынужден подать в отставку. В Душанбе тогда из России прибыли представители оппозиционных партий А. Собчак и Е. Велихов. Продолжалась сессия Верховного совета Таджикистана, но в соседнем с залом кабинете кази месте с Е. Велиховым и А. Собчаком уговаривали министров и председателей госкомитетов Таджикистана добровольно и по-доброму уйти в отставку. Народ разделили на площади. Люди с площадей «Озоди» и «Шахидон» «поливали» друг друга грязью и взаимно угрожали. Активисты площади «Шахидон» перекрыли часть центральной улицы столицы, начиная от Таджикского государственного академического театра драмы имени А. Лахути до Государственного русского драматического театра имени В. Маяковского, и установили там свои шатры. Движение общественного транспорта было остановлено. Руководители на площади призывали религиозных фанатиков к разбою и бесчинствам, вооруженной борьбе. Они снабдили молодых доверчивых людей оружием и говорили: «Победишь, будешь борцом за веру, погибнешь, будешь шахидом, мучеником за веру и попадёшь в рай».

В 20-х годах прошлого века курбаши и реакционное духовенство то же самое говорили молодёжи, попавшей в сети басмачей. Всё описанное выше можно расценить как новые формы басмачества в конце ХХ века.

Вооруженное нападение полковника Махмуда Худойбердыева из местечка Бахмал соседней республики в Согдийскую область, ставшее причиной кровопролития в областном центре, можно вполне назвать басмачеством нового времени. Война, начатая в Таджикистане новоявленными басмачами, унесла жизни более 120 тысяч людей и стала причиной вынужденной миграции в Афганистан более 1 млн человек. Материальный и финансовый урон равняется 8 млрд долларов. Были уничтожены десятки тысяч жилищ трудящихся с их имуществом, 55 тысяч детей стали сиротами. Несмотря на всю эту трагедию, некоторые неблагодарные члены этих партий и движений и сегодня совершают террор и убийства. Об этом свидетельствуют вооруженные операции группы членов ПИВ под руководством мулло Абдулло в Раштском районе. Благодаря усилиям правоохранительных органов эта преступная группа была ликвидирована, но среди убитых 10 человек были в возрасте от 17 до 31 года. Почти все они родились в годы независимости. И понятно, что моджахеды обманным путём вручили им оружие. Только благодаря самоотверженным усилиям Президента Таджикистана Эмомали Рахмона и при содействии Саида Абдулло Нури — руководителя Объединённой таджикской оппозиции в нашей стране установились мир и национальное согласие. В результате чего начался период созидания и возрождения. Мир между таджиками является уникальнейшим событием в истории дипломатии, свидетельствующим о мощи нашего молодого суверенного государства.

Подписание исторического документа — общего договора об установлении мира и согласия является ярким проявлением нового мышления обеих сторон.

На примере Таджикистана можно увидеть реализацию и утверждение нового мышления в созидательной политике государства и Правительства. Разве осуществление экономических реформ, в том числе и распределение между жителями 75 тысяч гектаров земли для постоянного пользования и создание дехканских хозяйств, выдача нуждающимся приусадебных участков, налаживание отношений рыночной экономики, развитие предпринимательства, не являются достижениями мира? Если бы не прекратилась война, разве наше государство и Правительство могло бы осуществлять три свои стратегические цели – обеспечение энергетической независимости, продовольственной независимости и выход из коммуникационного тупика, создавать жизненно важные объекты, мосты и т. д. Если бы не наступил мир, разве Таджикистан признали бы официально 130 государств мира, и могли бы мы установить отношения дружбы и сотрудничества с десятком стран мира. Дружба и сотрудничество, составляющие суть внешней политики Таджикистана, также являются величайшими ценностями мира.

Всего этого мы достигли после установления мира и согласия,  начиная со второй половины 1997 года. Поэтому мы должны быть благодарны за установление мира и ценить спокойствие, стабильность и созидательный путь нашего народа.

Но, к сожалению, есть определённые круги, которые не вникли в значимость этого события и игнорируют его. Их клеветнические голоса всё раздаются отовсюду. Хотя в стране имеются все условия для выполнения религиозных обрядов и ритуалов, религиозно-экстремистские движения пытаются внести смуту в общество. Этому свидетельство — незаконная деятельность партии «Тахрир» и движения «Салафия». Их члены пытаются сбить с правильного пути неосведомлённых молодых людей и их недальновидных родителей. Некоторые родители дают согласие на учебу своих несовершеннолетних детей в некоторых зарубежных религиозных школах, где они попадают под влияние радикально настроенных горе-учителей.  К сожалению, некоторые наши соотечественники вместо того, чтобы гордиться достижениями периода независимости, пытаются сбить с толку людей. Для них мир, согласие, спокойствие не имеют никаких ценностей. Их цель — дестабилизировать общество и получать мзду за это от своих закордонных хозяев. В то время как многие дипломаты зарубежных стран приезжают к нам для изучения опыта Таджикистана, некоторые местные незрелые политики подвергают критике созидательную политику страны и возвеличивают своих «лидеров» и «вождей». Всё это — свидетельство карьеризма и захвата власти. Но они не задумываются, что это опять может нарушить покой в общественной жизни.

Высказывания великих людей разных национальностей и вероисповеданий, целью которых является процветание страны и благосостояние народа, часто совпадают. На надгробном камне на могиле Джона Кеннеди — бывшего президента США выбиты следующие слова: «Дорогие мои соотечественники! Не говорите, что для вас Америка сделала и не сделала, лучше спросите, что вы сделали для Америки».

Каждый гражданин Таджикистана также должен задать себе вопрос: «А что я сделал для развития своей Родины и её будущего, для укрепления мира и спокойствия своей страны?»

Атахон САЙФУЛЛОЕВ,
доктор филологических наук, профессор
Статья была опубликована
07.06.2011 г. в газете «Джумхурият».


21.01.2019     45